Моя сестра Галина

ГАЛИНА / HALA — Галина Моника Раевская из Богуславских (1919-2000).

Galina_BoguslavskiМоя сестра Галина закончила курсы военной медсестры, поэтому во время Варшавского Восстания она работа профессиональной хирургической медсестрой. Присоединилась она к варшавскому сопротивлению в 1940 году. Ее подпольное имя было Моника. Госпиталь где она работала, был расположен в Технологическом университете (архитектурный факультет) оказался на линии фронта польских войск. Враг был буквально напротив здания, поэтому для госпитальной работы использовались дальние комнаты. Это здание удерживалось польскими войсками до конца восстания, поэтому оно было под постоянным обстрелом. Медикаментов, таких как анестезия, обезболивающие и даже перевязочный материал было недостаточно для 63-х дневной осады. Также была нехватка воды и продовольствия. Страдания и смерть были неизбежны. Однажды, после смены, Галина была в комнате для отдыха. Но, вспомнив, что ей нужно сделать укол раненому солдату, она вернулась в палату, а в это время в комнату для отдыха ворвался снаряд и все кто был там погибли.

Время от времени Галина посещала нашу маму которая, которая находилась недалеко от нашего дома на Жерозолимски (Jerozolimskie) улице. Чтобы пересечь эту улицу нужно было идти по железнодорожным путям вдоль узкого прохода, защищенного невысокой баррикадой, который простреливался снайперами. Из тех кому было необходимо пройти по этой дороге собиралась очередь, так как нужно было быстро пробежать этот участок и момент когда можно было двигаться отслеживал специальный наблюдатель.
Лагерный госпиталь в ЦайтхайнВ 1944 году, после капитуляции польских войск, госпиталь был перемещен в Цейхайн, в лагерь для военно-пленных (prisoner-of-war camp. POW). Галина и наша мама были там 3 месяца с ранеными солдатами, заботясь о них. Затем в связи с уменьшением числа тяжело раненых заключенных, немцы приказали сократить мед.персонал.

После подавления восстания 2 октября 1944г., получив уверения, что с ними как военнопленными будут обращаться согласно нормам международного военного права, два эшелона с примерно 1400 членами Польской народной армии (Армия Крайова, АК) прибыло в Цайтхайн. Это были раненые, больные, медицинский и прочий персонал из различных Варшавских больниц.
Их разместили в 25 бараках в освобожденной специально для этого части лагеря, в которой заключенные соорудили «Польский военный госпиталь Цайтхайн». Санитарный и вспомогательный персонал с большим энтузиазмом принялся за работу, так что в короткий срок удалось достичь невиданного для Цайтхайна гигиенического стандарта. В этом отношении следует подчеркнуть особую трудовую энергию преимущественно женского персонала, состоявшегося из более 400 женщин и девушек. Большая доля женских военнопленных была особенностью Цайтхайна. Для них специально было организовано гинекологическое отделение, в котором впоследствии производился и уход за целым рядом молодых матерей. Сами новорожденные в свою очередь тоже стали военнопленными.
С польскими заключенными до освобождения лагеря обращались согласно нормам защиты военнопленных по международному праву. В отличие от ИВИ и советских военнопленных они регулярно получали посылки с продуктами питания от Международного Красного Креста, который, кроме того, неоднократно проверял обстановку в польском госпитале. Обеспечивалась переписка, сержанты и офицеры освобождались от трудовых работ.
источник http://oschatz-vizite.narod.ru/oschatz_foto/zeithain_history_001.html#6

Вместе с другими медсестрами, Галина и моя мама были направлены на принудительные работы на военную фабрику рядом с Хе́мниц, Ке́мниц (город в Германии, в федеральной земле Саксония). Они были вынуждены работать за станками, производя артиллерийские снаряды в дневные и ночные смены. Время от времени были работы и рядом с фабрикой. И это их спасло. Во время арт-налета американцы бомбили фабрику, полностью ее уничтожив. Слава богу моей сестры и мамы в этот момент там не было.

Так как после бомбежки фабрика прекратила свое существования, всех женщин, кто там работал переправили в другой лагерь для военно-пленных в Оберланген (Oberlangen), рядом с нидерландской границей. Транспортировка пленных проходила в тяжелых условиях и была полна опасностей. Галина заботилась о нашей маме, которая была очень больна. На одной из остановок Галина и еще три женщины сошли с поезда чтобы добыть немного воды, под сопровождением старого немецкого солдата. У них не было выбора как только идти по рельсам, и также они не знали как долго и куда им идти. Шли всю ночь. Это был март, было еще очень холодно, на земле еще лежал снег. Одеты они были недостаточно тепло. В итоге юным девушкам, которые итак были слабы, пришлось старого солдата поместить на тележку и толкать ее, несмотря на его протесты, т.к. иначе бы он не дошел. Все это время моя мама была в поезде. Затем наконец они встретились на станции, где остальная группа ждала ушедших за водой. Затем была продолжена транспортировка в Оберланген, где был лагерь для польских военно-пленных. Они пробыли там 3 месяца, пока их не освободила польская дивизия, которая была в составе союзных войск, вошедших с востока в Нормандию. Три польских танка, что пришли на разведку, обнаружили лагерь, переполненный женщина военнопленными, т.к. охрана лагеря быстро куда-то растворилась. О чем и было сообщено командованию. Командир польской дивизии Ген Масчек приказал обеспечить их безопасность. На этом страдания от войны для Галины и моей мамы закончились.

Несколькими днями позже, в лагерь прибыл водитель с приказом от gen. Duch (Болеслав Бронислав Герцог, польский генерал-майор), который в это время находился в Италии, найти и вернуть в Италию его племянницу, которую он искал уже несколько месяцев. Этот водитель оказался нашим дальним родственником. И когда он узнал что Галина тоже здесь в лагере, т.к. у него в машине было место для 4-х, он взял Галину с собой. Так Галина оказалась в южной Италии, где было расположение польской карпатской бригады. Наша мама только недавно поправилась от пневмонии, поэтому ей пока пришлось остаться с остальными. Несколькими неделями позже наша мама и остальные женщины из лагеря были транспортированы в Италию. Галина и мама работали в польском военном госпитале в Бари Ба́ри (итал. Bari, город-порт на юге Италии). Он был тут, на юге Италии, где Галина повстречалась с Тадеуш Раджевски, офицером из польской дивизии, и они помолвились.

В конце 1946 года, моя сестра Ядвига восстановила контакт с Галиной и нашей мамой через Красный Крест в Швейцарии. Наша мама вернулась в Польшу, везя с собой зарплату, которую она получила за свою военную службу. Банкноты были спрятаны в каблуки ее туфель. Это было необходимо, т.к. на польской границе иностранную валюту конфисковали. А Галина и Тадеуш были переправлены вместе с остатком польских войск из Италии в Англию.

В 1947 году Галина, несмотря на сложности с пересечением границ, решила навестить своих родственников в Польше. В Варшаве она наконец встретилась со своей семьей, которую не видела много лет: мама, отец, наша старшая сестра Ядвига, я и наши ближние родственники. Она провела с нами две недели, затем она вернулась в Англию, где ей пришлось пройти допрос в службе безопасности и объяснить свое отсутствие.

Галина осталась в Англии, где они с Тадеушем поженились. Они уволились оба из армии и поселились в Лондоне. У них родилась дочь Кристина.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *